Отмыли позицию

Время на чтение 4 мин.

Фото: Reuters
Фото: Reuters

Что мешает России подняться еще выше в Базельском рейтинге

В ежегодном "антиотмывочном" рейтинге Базельского института управления Россия поднялась на одну позицию. Однако, несмотря на все усилия властей по борьбе с отмыванием средств, финансированием терроризма и прочей преступной активностью, страна остается во второй трети всемирного рейтинга. Более высокий результат пока не позволяют показать остающиеся выше среднего риски отмывания и финансовой закрытости, коррупция, недостаточная степень главенства закона и сохраняющаяся несвобода, в том числе прессы.

"Ъ" ознакомился с полной версией недавно опубликованного Базельским институтом управления (Basel Institute on Governance, http://index.baselgovernance.org) обновленного рейтинга стран Basel Anti-Money Laundering Index по уровню риска отмывания денег и финансирования терроризма (ОД/ФТ). Доступ к данным предоставил институт по запросу "Ъ". В рейтинге участвовали 149 стран, Россия с итоговой оценкой в 6,22 балла заняла 58-е место, улучшив позицию по сравнению с прошлым годом лишь на 1 пункт. Передовиками в борьбе с отмыванием стали Финляндия, Литва, Эстония. Аутсайдерами — Иран, Афганистан, Таджикистан. Россия во второй трети рейтинга соседствует с Ганой и Киргизией (там ситуация чуть получше), а также Бразилией и Индонезией (здесь — несколько хуже). До среднемирового бала в 5,85 Россия не дотянула 0,37 балла.

Опрошенные "Ъ" эксперты полагают, что перемещение России в рейтинге в лучшую сторону, с учетом прилагаемых Росфинмониторингом и ЦБ усилий, могло бы быть и большим. "Продвижение на один пункт — в пределах статистической погрешности,— считает замруководителя службы финансового мониторинга клиентских операций ВТБ 24 Алексей Тимошкин.— Видимо, составители рейтинга пока не учли эффект от активной работы властей в данном направлении". В ЦБ комментируют рейтинг сдержанно: "Изменение места в рейтинге стран по уровню риска ОД/ФТ свидетельствует об улучшении в России качества противодействия отмыванию доходов". Но при этом добавляют: "Недавно прошедшая проверка российской системы по линии МВФ (FSAP) подтвердила эффективность применяемых в этой области подходов и действий". Источник "Ъ" в Росфинмониторинге отметил, что в финразведке также ощущают неоцененность своих усилий, но "результаты любых рейтингов субъективны и существенно зависят от применяемой методики расчета".

Базельский институт управления — независимая некоммерческая организация, специализирующаяся на борьбе с коррупцией, стандартах государственного и корпоративного управлении, комплайенсе, борьбе с отмыванием денег и пр., сотрудничающая с Всемирным банком, ООН, включая подразделение по борьбе с наркотиками, ОЭСР, Советом Европы, МВФ, группой Egmont, FATF, Интерполом. Материалы этих организаций учитывались при составлении рейтинга.

Качество борьбы стран с отмыванием денег составители рейтинга оценивали на основании нескольких показателей риска. Наибольший удельный вес имел риск отмывания денег и финансирования терроризма. Кроме того, оценивались (по убыванию степени важности) прозрачность функционирования государственного и финансового секторов, коррупционный риск, политические и правовые риски. Чем ниже уровень риска — тем ниже балл, присвоенный государству.

Как видно из оценок, присвоенных России по отдельным составляющим рейтинга (всего их 15), давление на итоговый рейтинг оказал в первую очередь балл, присвоенный за риски отмывания средств, полученных от продажи наркотиков и прочей преступной деятельности (10 из 10 возможных). Несмотря на выполнение в значительной степени рекомендаций ФАТФ (у РФ 4,26 балла по этому показателю при среднем уровне в 5,66 балла) и значительный прогресс в законодательной регуляторной борьбе с этим явлением, отмывание средств в РФ по-прежнему распространенное явление, констатируют авторы исследования.

Описать, что и как делать — мало, нужно, чтобы все органы, не только ЦБ и Росфинмониторинг, но, например, и правоохранительные и налоговые, включились активно на практике в эту работу, указывают эксперты. "В России для привлечения за легализацию средств от наркоторговли необходимо сначала установить факт получения средств от продажи наркотиков, а затем поймать преступника на их трате",— рассказал экс-глава управления по подрыву экономических основ наркоторговли ОРД ФКСН России Михаил Мухин.

"При этом необходимо, чтобы у траты была цель "придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами или иным имуществом". В результате подобных преступлений выявляются единицы и на мизерные суммы",— добавил господин Мухин. В тех же США привлечь за подобные преступления в разы проще — при возникновении лишь подозрений в подобном деянии правоохранительные органы могут потребовать отчет об источниках дохода, сравнить их с расходами и все незадекларированное потраченное и будет считаться легализованным преступным доходом, заметил он. Средний балл по этому показателю, согласно рейтингу,— 7,38. 10 из 10 показали немало стран, включая Украину и Турцию. В МВД и ФНС не ответили на запрос "Ъ".

Второй показатель, заметно снизивший общий балл у России,— по индексу финансовой закрытости (8,45 из возможных 10 при среднем балле 7,47). Этот показатель рассчитывается на основании данных исследования Tax Justice Network и оценивает сокрытие реальных доходов и масштабы офшорной активности. В России недостаточно раскрывается информация о бенефициарах даже для регуляторов, недостаточно жесткие требования по их раскрытию для широкой общественности, аналогичная ситуация с отчетностью, отсутствует межстрановая отчетность. "Скоро заработают поправки к закону о противодействии отмыванию, где более четко сформулирована обязанность раскрытия бенефициарных владельцев активов,— отметил ведущий юрист "Пепеляев Групп" Петр Попов.— Возможно, банки при запросе данных о клиентах отойдут от формального подхода и начнут требовать данные о реальных владельцах". Впрочем, например, у Швейцарии и США показатель финансовой закрытости еще хуже — 10 и 9,89 балла соответственно.

Третий показатель, который играет против России,— индикатор восприятия коррупции. В России он составил 7,1 балла при среднемировом уровне 5,73. По данным Transparency International, плохой показатель России связан с редкими коррупционными делами против чиновников, низкой ответственностью за отсутствие декларирования ими доходов, формальной и непубличной реализацией госорганами программ противодействия коррупции, непрозрачностью крупных национальных проектов с отобранными вне конкурса исполнителями. И все это при том, что, по данным Transparency International, на основании исследования которого и считался этот показатель, в 2016 году Россия заняла 119-е место, тогда как в прошлом году была на 136-м. "Предсказуемое изменение места России вызвано объективным сжатием коррупционной "кормовой базы" в силу текущей экономической ситуации, а также введением в правовое поле целого ряда весьма обременительных для публичных должностных лиц ограничений в части декларирования имущества и доходов, а также владения зарубежной собственностью,— говорит вице-президент Transparency International Елена Панфилова.— При этом необходимо понимать, что для любой страны (а тем более для нашей) находиться в последней трети рейтинга в любом случае национальный позор".

Традиционно плохой результат у России и по показателям различных свобод, в том числе прессы и главенства закона,— 8,32 балла при среднемировом 4,23.

Вероника Горячева, Светлана Дементьева

Подписаться на рассылку

Вам может быть интересно

Все актуальные новости недели одним письмом

Получайте свежий номер «Коммерсантъ United Kingdom» по электронной почте